Дочкины рассказы :)

Моя старшая дочь Алиса пишет рассказы. Некоторые из них я буду здесь публиковать практически без корректуры.

При копировании и использовании материалов этого сайта cсылка на источник обязательна!

Сколько лет плюшевому медведю?

Я шла по той дороге, что между облаков: кругом все было пропитанно синевой неба, и я могла коснуться рукой тех белых барашков, что парили рядом. Я шла...
В моей голове мелькали клочки и осколки мыслей о той жизни, что осталась внизу. Они были как капельки дождя, сыпавшиеся вниз из облачков под моими ногами. Появлялись и в миг исчезали, слившись в переливах и блеске воды. Возможно, это были мои слезы, но я не чувствовала, что плачу. Я подумала о том, что пока здесь мне светит солнце, кто то сидит у окна и смотрит на дождь, который струится водой по стеклу и не знает, что наверху я думаю о нем. Он лишь ждет, когда кончится дождь, а может, надеется, что он никогда не кончится. Может быть он любит дождь?..
В размышлениях я добрела неспеша до двери. Она стояла в воздухе. Голубого цвета, деревянная, гладкая на вид - она выглядела, как новенькая. Я дотронулась до серебристого цвета, круглой ручки и, не выдержав, заглянула за дверь. Там была пустота. Хм... я почему то так и думала.
Переступив наконец порог, я очутилась в светлой комнате без окон. Пройдя к столу, я уселась на стул с высокой спинкой, перед мужчиной лет пятидесяти. В руках он держал какие то бумаги. Подняв взгляд на меня, он улыбнулся открыто и доброжелательно, как старой знакомой.
- Здравствуй, Алиса. Я рад тебя видеть, но немного огорчен, что вижу тебя именно здесь. Ты так молода и красива... - Он запнувшись, неловко улыбнулся мне вновь. - Я часто наблюдал за тобой. Все не мог понять привлекала ли тебя та жизнь внизу?.. Ты выглядишь сейчас намного живее, чем там.
Я вежливо улыбнулась в ответ, не зная толком даже, что и сказать этому человеку. Кем он был? Кто он для меня?
- Мм, пожалуй, свою жизнь я могла бы назвать искусственной, и почти никогда не получала от нее удовольствия. Вы сами видели все... Я всегда была скованна чем то. - Наконец удалось мне промямлить. Вновь пришло сравнение о кукле, которой я считала себя всегда. Живой куклой, стоящей на витрине дорогого магазина. На которую все любуются, которую перепродают в богатые колллекции, одевают в дорогие вещи и аксессуары...
В моей, уже ушедшей, жизни я была известной моделью, которая погибла, разбившись на частном самолете. Я помню панику перед смертью и тот животный страх, длившийся секунды, перед облегчением, что эта чертова жизнь наконец кончилась и вскоре я буду свободна, как ветер. Я была слишком верующей, чтобы стать свободной раньше. Теперь на моих плечах не было груза. Я была свободна, как и мечтала. Теперь я стояла здесь и ждала, что же скажет мне этот Человек из Светлой комнаты. А сказал он мне:
- Я думаю тебе стоит пожить еще.
- Я не понимаю...
- Девушка, твой срок жизни еще не завершился. У тебя впереди было еще несколько десятков лет.
Значит свобода была недолгой...
- Мм, и что теперь? Мне возвращаться и доживать свой век калекой? - Внутренне я содрогнулась от этой мысли.
- Нет, что ты. От того самолета ничего не осталось, так что тебе предлагается новая жизнь и новое тело. Любое. Кем бы ты хотела стать?
Он пристально смотрел на меня и я перевела свой удивленный взгляд к полу. Кем?.. Я подумала о птице и спросила можно ли.
- Да, конечно, кем угодно. Какой птицей ты бы хотела стать и в какой части Света жить? - Мужчина приобрел деловитый вид и активней стал копаться в бумагах, словно вопрос был уже практически решен.
- Нет-нет, - остановила я его. - Я просто предположила. Дайте мне еще чуть подумать...
- Конечно. - он кивнул и уселся в свое кресло, ожидая, когда я приму решение.
Я думала о своей жизни, лишенной человечности. Что в ней никогда не было настоящей любви. Обо мне по настоящему никто и никогда не заботился. И все во мне видели лишь... куклу. Куклу...
- Простите, а я могу стать неодушевленным предметом?
Мужчина изумился. Замерев на несколько секунд, он переспросил меня: - Неодушевленным?..
- Да-да... Именно. Я... - Я вновь запнулась, подбирая подходящие слова. - Мне хотелось бы стать куклой маленькой девочки. Только не той куклой, что стоит на витрине, которая одна из тысяч, с идеальным телом, волосами и лицом. Я бы хотела стать куклой одной единственной, для одного единственного ребенка, который будет любить меня и заботиться обо мне, - Слова лились из меня беспорядочным потоком. - понимаете?
Наконец мой собеседник пришел в себя. - Я не знаю, возможно ли это. Я спрошу конечно... Спрошу... Есть еще пожелания к этому? Что то хочешь добавить?
- Да... Я хочу сохранить свою память. Я хочу видеть эту девочку. Чувствовать и слушать все то, что она будет говорить мне. - Я говорила уверенно. Я чувствовала, что этот выбор то, что нужно.
Мужчина кивнул мне, постоял в раздумьях несколько секунд и вышел за дверь. Я осталась ждать и думать о своем выборе. Я думала о девочке, думала о себе. О той жизни, которая меня возможно ждет...
Вскоре, Человек из Светлой Комнаты вернулся. Я подумала о том, что все еще не знаю его имени. Он открыл рот уже, чтобы сообщить мне решение, но я его опередила.
- Простите, как Вас зовут?
Он вновь немного стушевался и улыбнувшись сказал: - Ты все удивляешь меня своими вопросами. До тебя никто не спрашивал моего имени, возможно, осознавая, что это бесполезно, ведь они меня больше не вспомнят после... Но, даже то, что тебе все же оставляют память, не повлияет... Я не могу сказать тебе свое имя. Его просто нет. Ты можешь называть меня так, как называешь у себя в голове. Когда нибудь, когда мы встретимся вновь, может быть, я придумаю его для тебя, Алиса. А сейчас тебе пора.- Он открыл голубую дверь, за порогом которой была лестница вниз, как в подвал - очень темная.
- Вы прогоняете меня к бесам? - Пошутила я, но на самом деле у меня затряслись поджилки от такой мысли.
- Нет, - он чуть не засмеялся, так прыгали его губы в усмешке. - просто сейчас там, куда я тебя отправляю - ночь. Тебе долго идти... Прощай.
- До свидания, Человек из Светлой Комнаты. - Я улыбнулась его удивленному лицу и шагнула на ступеньки.

Глава первая.

Я спускалась много много часов или возможно мне так только казалось, но вот в один момент я очутилась в кромешной тьме. Я вроде бы куда то шла, но у меня создалось впечатление, будто я и вовсе не двигаюсь. Я попыталась потрогать свое лицо, но не ощутила ничего. Так, в панике и ужасе я провела неизвестное колличество времени. Вначале я испугалась, что стала ничем. Что стала потерянным разумом во тьме, как порой представляют это себе люди - ну, я имею в виду, чего они боятся и ожидают после смерти. Да, признаю, я была в панике. Но вот наконец забрезжил свет. Мутный, не ясный, но пронзительный только потому, что он был единственным во тьме. И вдруг я увидела её - свою хозяйку и все поняла: Я была тряпичной куклой, которой девочка сейчас пришивала глаза. Я чувствовала это все, каждой ниточкой своего нового тела, которое она старательно сшивала вместе. Мои ручки и ножки... Второй глаз начал видеть! Моя голова и волосы из крупных ниток для вязания... Я даже чувствовала маленькое сердце, отдельно сшитое девочкой, которое она положила мне в грудь вместе с мягкими тряпочками. Жаль оно не могло биться. Хотя это не особо важно. Я вновь живу и я сама выбрала эту жизнь. У меня все еще была моя свобода.
Моя душа глядела из тельца тряпичной куколки на маленькую девочку и улыбалась от счастья. Моя хозяйка, увлеченно высунув язык, старательно пришивала мне мои волосы пучками. Я чувствовала, как прокалывается ткань иголкой, в районе моей тряпичной макушки. Девочке на вид было годика четыре. Я видела её маленькое личико и наморщенный от усердия лобик, голубые ясные глаза и густые ресницы. Она была похожа на ангелочка. Я вспомнила, что всегда хотела иметь ребенка, но сейчас мои мечты уже не важны, хотя на самом деле, я получила то, что хотела. Теперь у меня есть ребенок. Только ухаживать он будет за мной.
- Я назову тебя Мари.
Я очнулась от своих мыслей и попыталась осознать услышанное. Она дала мне имя! Мари... Мари... Мне нравится. Такое простое имя для детских рассказов. Мое старое имя тоже было сказочным. Я чувстовала себя той самой Алисой, прыгнувшей в кроличью нору, когда стала спускаться по ступеням вниз, к своей новой жизни. Возможно здесь меня ждут друзья типа Мартовского Зайца или Шляпника, а может здесь будет буйная Королева...
Я ждала от девочки еще каких нибудь слов, но она, закончив свою работу, просто глядела на меня, и в ее глазах светились гордость и счастье - у нее получилось. Она подержала меня в руках, а затем спрыгнув с кровати выбежала со мной из комнаты.
- Мама! Мама! Смотри!
Она забежала на кухню и подскочила к женщине, со светлыми, длинными до пояса, волосами, которая что то готовила, и стала дергать ее за платье. - Мама! Это моя Мари!
Женщина повернулась к дочери.
- О, Анечка, какая красивая куколка у тебя вышла! - Женщина заулыбалась, взяв меня в руки. - Ты назвала ее Мари?
- Да, мам. Мне кажется ей очень подходит это имя! Правда же?
- Конечно, солнышко мое, я тоже так думаю. - Она поцеловала Аню в лобик и вернула ей меня. - Беги покажи ее своим подружкам.
- Нет, я не хочу ее больше никому показывать. Она - моя тайная подружка! Она - мое сокровище... - Она развернулась и убежала обратно в комнату, захлопнула дверь и залезла на кровать. Спрятала меня под подушку и выбежала прочь.
Я лежала в темноте и думала о том, сколько мне еще предстоит всего. Меня огорчало то, что я никогда не смогу помочь этому ангелочку, как бы ни старалась. Моя душа издала что то типа вздоха. Интересно, а могу ли я спать? А есть ли в этой комнате еще игрушки наделенные душой? Я не успела рассмотреть комнату, как следует... Ну ничего, все еще впереди. И тут я почувствовала, что засыпаю. Кукла не могла закрыть глаз, но это было что то вроде того, как если бы я стояла у "глазка" двери и смотрела через него на площадку подъезда и вдруг просто отшла бы по своим делам обратно, в глубь квартиры. Примерно что то вроде этого.
Я уснула.

Проснулась я уже рано утром, в обьятиях маленькой Анечки, которая спала крепким сном. Одеяло лежало где то на полу, вместе с простынью. Подушка вроде была на месте. Девочка спала беспокойным сном ночью, но сейчас ее личико было спокойным и умиротворенным.
Мне хотелось встать и оглядеть комнату, пока она спала. Но, это был тот минус на который я согласилась сознательно. Я была обездвиженна, и даже при огромнейшем желании не могла пошевелить своей новой головой или произнести хоть какой нибудь звук. В этой жизни я была лишь слушателем и наблюдателем, но все равно я не жалела об этом. Я сравнила себя с молодым деревцем, которое может расти и расти долгие годы, становлясь выше и шире. Но оно не сдвинется с места и ни с кем никогда не заговорит, хоть и тоже - живое... О чем думают деревья, живущие десятки и сотни лет?..
- Мари... - Сонно пробормотала девочка. - Доброе утро.
Она поцеловала меня и прижала покрепче к себе.
- Знаешь, мне сегодня снилось, будто я летаю. Я так люблю именно эти сны! Я скажу тебе по секрету, - тут она серьезным голоском прошептала: - я засыпаю каждую ночь только потому, что надеюсь, что мне приснится, как я парю в облаках. Иногда у меня есть крылья, а иногда нет. Но мне все равно, Мари! Это так чудесно - летать.
Она закрыла глазки, вспоминая свой сон. Сон, который ждал наверное каждый ребенок, засыпая.
Сладко вздохнув, Аня встала с кровати и ушла завтракать и умываться, оставив меня на подушке, бережно прикрытую одеялом.
Обзор мне был ограничен. Я не могла повернуть головы или подняться, так что я видела лишь часть стены напротив, на которую падали отсветы оранжевых солнечных лучей, и часть потолка - нежно зеленого цвета.
Я вспоминала свою комнату в детстве дома. Она была раза в полтора меньше этой. Совсем маленькая, загроможденная кучей мебели так, что нельзя было свободно пройти от двери до окна напрямик. Но меня вполне она устраивала и я ее очень любила. В моей комнате свет не падал так, как здесь по утрам. Он бил в глаза очень ярко и поэтому на ночь я задергивала окно плотными шторами. Но мне это не нравилось... Особенно летом, когда по ночам через окошко, лежа на кровати, можно было смотреть на звезды и потихоньку засыпать, но утром, где то часов в 7, когда солнце уже начинало ослеплять сквозь веки, приходилось подниматься и закрывать окно шторами, чтобы поспать еще лишние несколько часов. Я улыбнулась, вспоминая об этом. Представляя себя маленькую и растрепанную, сонную и еще даже не разлепившую веки, на ощупь пытающуюся найти шторы...
За дверью периодически был слышен топоток маленьких ножек: то удаляющийся, то приближающийся к двери детской. Я ждала с нетерпением, когда она закончит свои утренние дела и вновь возьмет меня в руки.
Вот она вернулась, жуя на бегу бутерброд, подскочила к шкафчику и достала оттуда шортики и майку. Чуть постояла, быстро доедая кусочек и стала переодеваться. Я видела это все боковым зрением, и не очень четко.
Наконец она взяла меня в руки и прошлась по комнате к ящику, где хранились остальные игрушки. Выбрала оттуда несколько кукол, собачек и всяких маленьких мягких зверьков непонятного вида, сложила в корзинку рядом и добавила туда еще всяких вещей, которые, в собранном виде, похоже, могли бы отвечать за домик или что то вроде этого. На самый верх этой кучи она положила меня и вышла из дома.

Глава Вторая.

Пол дня прошло в играх во дворе дома. Я ознакомилась с любимыми игрушками своей хозяйки: здесь были две миниатюрные стройные Барби со светлыми волосами - у одной из них волосы были завязанны в "хвост", а другой заплетенны в две косички. Мда, привет близняшкам. Так же тут была кукла из тех, которые крутишь во все стороны и она говорит "мама" и закрывает глаза. У меня была такая когда то. Так же присутствовали мелкие мягкие игрушки. Со всеми ними - и с куклами и с мягкими зверьками я пыталась говорить, но они не ответили мне и я потеряла интерес. Я опять ушла в "глубь квартиры", прочь от "дверного глазка". И там, свернувшись калачиком, в своем сознании я легла на пол и провела так почти все время игр. Изредка я прислушивалась к словам девочки, как к музыке, играющего невидимого радио, где то в воздухе. Меня успокаивал её голосок, но мысль о том, что здесь нет мне подобных, и что я вечно буду говорить наедине с собой, меня угнетала.
Вдруг я задумалась над вечностью... Вечно? Сколько лет живет тряпичная кукла?
Я растерялась... И решила, что лучше оставлю эту тему на потом, сейчас я слышала, как Аня собирает своих кукол обратно в корзину. Я подбежала к "глазку" как раз в тот момент, когда она взяла меня в руки и понесла к дому.
Корзинку вместе со мной девочка оставила в своей комнате в уголке под окном и убежала на зов мамы, к обеду.
Совсем рядом с корзиной сидел довольно большой плюшевый медведь. Я оглядела его и потеряла к нему интерес - просто еще одная игрушка. Но тут что то изменилось.
Я почувствовала что то вроде, как если бы кто то постучался ко мне в дверь - беспокойство и мысль о незванном госте. Ко мне ведь никто не может прийти сюда. Но вдруг, я поняла, кто наведался ко мне в гости.
- Здраствуй, Мари. - Услышала я голос медведя.
- Здраствуйте... - Ответила я растерянно через свою "дверь".
Возникла пауза. Я вслушивалась в странную тишину и думала показалось мне или нет. Внезапно голос опять появился.
- Я хотел бы узнать, почему Вы выбрали это?
Я скосила глаза на медведя. Он оставался недвижим. Да только я ощущала его присутствие, будто он дожидался перед дверью, когда же я его впущу.
- Что именно? - Мой голос чуть дрогнул. - Вы имеете в виду, почему я выбрала жизнь подобную Вашей?
-Да.
Я чувствовала, что он взволнован и очевидно находится в теле медведя не первый день. Его похоже и обрадовало мое появление и удивило. Я прокручивала быстро быстро все эти домыслы в голове, стараясь придумать ответ.
- Зачем Вам это? У меня были причины остаться здесь. А Вы - чужая. Вы когда нибудь были знакомы с Аней?
- Нет. - Ответила я честно.
- Тогда ответьте мне почему?
- Я не выбирала именно ее. Я лишь попросила о том, чтобы стать такой какой Вы видите меня сейчас. Куклой. Судьба привела меня к этой девочке. Она сама создала меня, мое тело... Мне нечего еще добавить к этому.
Я почувствовала его вздох. Грустный и одинокий.
- Я живу здесь уже год. Это тяжело... Быть марионеткой в руках ребенка. не иметь голоса, не иметь возможности двигаться. Словно разбитый параличом, я могу лишь наблюдать... Впрочем об этом Вы знаете сами. Но я счастлив, что могу видеть Аню каждый день. Мою любимую доченьку, ради которой я остался здесь. - Медведь замолчал, и даже чуть отошел от моей "двери".
И правда... Я не видела отца, я видела только маму девочки. Возможно я решила в тот момент, что папа на работе. Но у меня и в мыслях не было, что отца попросту нет. Бедная Анечка...
- Что же произошло с вами? - Наконец выдавила я из себя.
Он вновь очнулся.
- Несчастный случай. Авария. Мне было всего 32.
- У меня тоже авария... Самолет.
- Ясно... - Я почувствовала как он кивнул.
Тут раздался неподалеку голосок моей хозяйки и я бросила напоследок Медведю: - Позвольте поговорить с Вами еще позже.
Я почувствовала его молчаливое согласие, и то, как он скрылся за своей "дверью".
Аня забежала через несколько секунд, после окончания нашего с Медведем первого разговора. Погладила Медведя, вытащила меня из корзины, бережно положила в свою сумку, в скрытый кармашек и закрыла ее.
Признаюсь, меня в первый раз несли в сумке. Меня особо не болтало, так как кармашек был тесным. Кругом, куда падал взгляд, была видна лишь желтая подкладка сумки. Я слышала как бренчат, перекатываясь всякие металлические или пластиковые штуковины в других отделах сумки. Наверное это, как у всех девочек, браслетики бусы и колечки - детские драгоценности.
Я не находила вид подкладки сумки интересным и поэтому вновь ушла в себя, размышляя об отце девочки. Он не бросил и не оставил ее даже после смерти. Мне было жаль его. Несомненно, он, в отличие от меня, жить хотел. И еще долго и долго... Но вышло по другому. Плохо, что не получилось поговорить подольше. Узнать об этой марионеточной жизни, каковой он живет уже год. Но я надеялась, что мне еще не раз представится случай побеседовать с ним. Кукла и плюшевый Медведь. Двое людей в мягких телах игрушек. Я чувствовала себя джином в бутылке, которая покоится на океанском дне. И из которой очень и очень не скоро вытащат пробку. Бутылка стеклянная и джин может наблюдать, как к нему подплывают всякие рыбы и даже водолазы. Но их не интересует бутылка, которую выкинул какой то турист. Так и сидит джин дожидаясь своего часа.
Хм, час... Когда я дождусь своего часа, меня будет ожидать неизвестная судьба. Может мне опять дадут выбор пожить в чьей то шкуре, а может и отправят шагать дальше в синеву неба. Я не знала. Как ни смешно звучит, но умерев я так я не поняла что же за этим последует. Меня просто отправили обратно, но определенно существуют еще варианты. Какие?.. Я терялась в догадках.
Приглушенно я слышала детские голоса. Я знала, что Аня не вытащила меня из сумки. Похоже она просто не хотела со мной расставаться. Она обещала меня никому не показывать... Я её секретный талисман и тайная подружка. Я улыбнулась про себя невесело. Жаль все же, что у меня никогда не было ни младшей сестренки, ни дочки и ни даже племянницы. Плохо, что не оставили мне голос. Ребенку все равно бы не поверили, если бы она кому рассказала, что с ней говорит ее тряпичная кукла...
Я вслушивалась в детский разговор, сидя под "дверью". Выглядывать в глазок не было смысла - кругом ничего кроме внутренностей сумки. Игра. Вроде "Дочки-матери". Никогда в нее не играла... Мне вспомнился мой старый двор, солнечным летним днем. Когда я сидела почти под тенью абрикосового дерева на железном нагретом боку пустой, старой, огромной канистры и глядела, как девочки-соседки играют в эту самую игру. Она всегда казалась мне глупой и я ограничивалась наблюдением.
Жаль нельзя поднять голову и увидеть небо... Солнечно светлое, звездное, пасмурное, снежное, дождливое, синее, оранжевое, безбрежно голубое, звездное, с бегущими облаками, с радугой, кроваво красное - цвета летнего заката... Увидеть мое небо, по которому я совсем недавно шагала невесомой поступью.
Я еще не плакала, со дня своей смерти. К горлу периодически подступал комок и я чувствовала, что вполне могу заплакать сейчас... Да только, вот вопрос, а есть ли у меня настоящие глаза и настоящие слезы? Если я всего навсего Душа - эфемерная и бесплотная, как же я могу заплакать?.. Еще один вопрос к миллиону других. Но мне требовался отдых и требовался сон. Я могла почувствовать свои руки и ноги, когда укладывалась спать возле "двери" и мне даже было немного жестко. Но вскоре я уснула, чтобы проснуться позже все с теми же вопросами, которые терпеливо ждали моего пробуждения...

Глава Третья.

Второй раз поговорить с Медведем мне удалось не скоро.
Прошло две недели. Я осваивалась, играла вместе с Анечкой, засыпала рядом с ней и сопровождала ее на прогулки и посиделки с подружками, как всегда - тайно. Я не могла понять, почему она так оберегает меня от чужих. Да и маме даже редко показывала меня. Будто боялась, что отберут ее сокровище. Ну взрослым не понять мотивы ребенка. Дети всегда больше полагаются на интуицию и верят сердцу, в отличие от большинства взрослых, привыкших доверять своей голове, которая порой слишком сухо и по деловому относится к тому, что нужно принимать с душой. Мне удалось сохранить свое детское видение мира, но лишь частично. И даже этот кусочек ребенка внутри, помог мне остаться самой собой, где бы я ни была. Но все же, вернемся к Медведю.
Девочка всегда тянулась его погладить, когда проходила мимо, порой, брала к себе на кровать и играла с ним. Мы часто находились совсем близко, но он не выходил на встречу и не подавал голоса, хотя в такие моменты я неотрывно стояла возле глазка, ожидая, когда что то изменится.
И вот, как то вечером, девочка так и уснула в обнимку с Медведем и мной подмышкой. Мне не хотелось спать. Большей частью выходило так, что высыпалась я днем. Поэтому я, не надеясь на пробуждение Медведя, лениво осматривала комнату, выискивая в ней детали, которые еще возможно не заметила. Лунный свет падал через окошко на стену напротив. Я смотрела на это светлое пятно и думала, что сегодня, возможно, полнолуние и в небе не видно звезд, зато светло и ярко светит Луна. И тут ко мне постучались.
Я почувствовала его перед своей "дверью".
- Тебе не надоело сидеть взаперти?
Я удивилась.
- Что значит взаперти?
Он помолчал и сказал подумав:
- Прости, я забыл, что ты недавно здесь и еще не узнала всего. У меня просто было время разобраться... Ты пробовала хоть раз открыть "дверь"?
Я вместо ответа попыталась открыть, но не было ручки, за которую можно было бы повернуть, и ключа, который нужно провернуть в замке.
Он подождал, потом понял, что у меня не выходит и начал помогать. - Ты сама поставила эту преграду. Ненужно думать о двери, просто проходи эту границу. Иди вперед и не думай ни о чем.
Я попыталась еще раз. Потом еще и еще.
- Не выходит... - Я сползла вдоль двери, уставшая, словно, долго-долго пыталась эту стену разбить, а не пройти сквозь нее.
- Ну ничего, у меня тоже не сразу вышло.
- То есть как?
Он усмехнулся.
- Да я пока понял, что да как... больше двух месяцев прошло. Чуть с ума не сошел так. Но потом как то вышло само собой: раз! и на свободе. Я тогда ушел почти на неделю. Устал от дома, от всего. Нужно было развеяться и я развеялся, почти в прямом смысле этого слова. Ты поймешь потом, о чем я... Но все равно вернулся позже. Сюда тянет. И любовь к дочери и само мое тело. И даже не поймешь: что сильнее... Но я все равно чаще хожу вне тела. Иногда ухожу далеко-далеко туда, где никогда не был. Это помогает существовать и быть - новые впечатления, новые места.
Я вслушивалась в его слова. Монотонные и вязкие слова, которые он говорил словно в пустоту. Они вдруг начали удаляться. Напоследок, он сказал мне:
- Как научишься выходить, иди за дом, где дерево с качелями. Я часто там сижу.
И ушел.

Глава Четвертая.

Следующая неделя прошла у меня в попытках отключить воображение, чтобы выйти наружу. На самом деле звучит забавно, но мне было ни разу не смешно. Погулять хотелось страстно.
Наконец на восьмой день попыток я прошла сквозь "дверь". Стоял уже поздний вечер. Малышка лежала на кровати рядом с мамой, которая читала ей сказки. Я смотрела на них: у девочки слипались глазки, она прижимала мое тряпичное тельце к себе и потихоньку засыпала. Я дождалась, пока она уснет, а ее мама выйдет, прикрыв дверь и вышла из дома через окно.
Небо было звездное. Я смотрела вверх и чувствовала свою легкость и невесомость. Казалось, если я сейчас закрою свои глаза и отдамся на волю ветра - меня развеет в пыль, но я так же буду жить, чувствовать и видеть.
Я чуть свыклась с новыми ощущениями и вышла на задний двор. Там и правда стояло дерево с качелями, которые качались на ветру. Но стоило мне подойти ближе - они встали на месте.
- Привет, Мари. Вижу тебе удалось выйти. Как впечатления?
- Необычно... - Мне было неловко. Я не знала видит ли меня мой собеседник или нет. Я его по крайней мере не видела. Не привыкла я как то говорить с воздухом. - Вы всю неделю пробыли здесь?
- Да нет... Большую часть времени провел как и ты: с Аней. Мне кажется она чувствует что то. Так крепко прижимает к себе порой, сидит и молчит. Я знаю, она так же скучает, как и я. Хотя не знает, что я вот - совсем рядом.
Я слушала его молча. Я тоже заметила, как девочка тянется к этому простому плюшевому Медведю.
- Мари, ты когда нибудь думала, что есть в жизни настоящие чудеса?
Я опять промолчала. Он понял, что я ожидаю продолжения и сказал, - Вот я бы никогда не подумал бы, что такое возможно: кукла с душой человека! Или, что можно быть таким призраком, как мы с тобой сейчас. И нас никто не видит и не слышит. Мы можем летать с ветром, оседать на землю вместе с сырым туманом, плакать вместе с дождем, смотреть, как живут другие люди, путешествовать, не нуждаясь в пище. Все таки кто мы и что мы? Мы - чудо рядом или это всего лишь такое продолжение жизни, самое обычное, которое ждет нас всех. Я так и не узнал ответа. Как ты думаешь, мы навсегда останемся здесь? Даже когда вырастет и умрет Аня, мы все еще будем здесь или уйдем вместе с ней? а может раньше... Мари?
- Я сама себе каждый день задаю подобные вопросы. Мне кажется, что есть еще ступень выше, которая ждет нас. Мы просто должны дожить положенный нам срок, так мне обьяснили, прежде чем отправить сюда. Эти тела - человеческое, зверя, птицы, игрушки - это наши тюрьмы, в которых мы отбываем срок. Так мне кажется. Будь мы в теле живого существа, мы бы не смогли покинуть "тюрьмы", но в теле игрушки это возможно. - Я говорила медленно и сбивчиво, стараясь правильно изложить свои мысли. Медведь слушал и соглашался. Все таки, похоже, он рад, что у него появился собеседник.
Неожиданно он предложил мне покататься на качелях. - Не волнуйся, сейчас ветер, да и нет никого поблизости. Никто ничего не заметит.
- А у меня получится? - Спросила в сомнениях я.
- Да-да, попробуй. - Качеля дернулась от движения, будто кто то встал с нее. Я подошла поближе, дотронулась и едва почувствовала ее. Казалось, она едва плотнее меня. Я села, ухватилась и начала тихонько раскачиваться. Выходило совсем слабо, но вскоре, мне удалось ее несильно раскачать так, что со стороны было похоже, что ее качает небольшой ветер.
- Вот видите, все получилось.
После этого он замолчал. И я ничего не говорила. Мне нравилось, как ребенку, качаться на качеле и чувствовать ветер всем своим существом. Я забыла о времени. И как сквозь вату до меня донесся голос Медведя: - Нам пора к Ане, она чувствует, что мы ушли и беспокоится во сне.
Мы вернулись через окно ее комнаты, каждый в свое тело и уснули рядом с девочкой.

Глава Пятая.

Первое время я часто выбиралась наружу, испытывая новые возможности своего невесомого и невидимого тела. Как то раз, я просидела час во дворе глядя на солнце. Теперь оно меня не ослепляло и мне не было нужды часто моргать или отворачиваться. Я просто смотрела на сияющий золотом диск, на который при жизни не смогла бы смотреть без отрыва и пары минут. Было в этом какое то удовлетворение: в том, что я смогла перешагнуть на Другую Сторону этой жизни и увидеть все ее плюсы и минусы. Хотя, может пока не все, но уж большую часть точно.
Я уносилась в высь вместе с ветром и, кружа над домом, в беззвучном вопле радости, открывала свой несуществующий рот, из которого лилась песня. Живая, прекрасная, и никому неслышимая, кроме меня. Она была моей и была для меня. Песня свободы.
Все таки мы были чудом. Само наше существование подтверждало догадки всяких людей, увлекающихся спиритизмом и всем в этом роде. Было бы забавно,- Мелькнула у меня мысль. - как нибудь прилететь к какому нибудь шаману-шарлатану и подшутить над ним. Но эта мысль отдавала детскостью, и я оставила ее.
Медведь редко составлял мне компанию. Да, кстати, я так и называла его Медведем, а он звал меня Мари. Я несколько раз спрашивала его имя из вежливости, но он отвечал, что дочь не дала ему имени, а настоящее уже не имеет смысла. Так что я смирилась в этом плане. Медведь, так Медведь...
Он появлялся всегда ниоткуда и когда его как бы вовсе и не ждешь. Как Чеширский Кот, возникая из воздуха. Разница лишь была в том, что я могла почувствовать его присутствие, но не увидеть, впрочем, как и он меня, похоже.
Алиса нашла Чеширского Кота. Пускай он не улыбался своей знаменитой улыбкой и не говорил загадками, но я знала, что это именно он. И вообще он не Кот, а Медведь. Может тогда его лучше стоит переименовать в Чеширского Медведя, который не улыбается и который умеет появляться в воздухе, оставаясь невидимым?
Он был угрюмый и молчаливый. Но это скорее по привычке быть одному. Потому что порой его пробивало и он говорил много и очень быстро, будто старался на говорить слов на неделю вперед. Я долго привыкала к его быстрой манере разговора. Было сложновато разделять слова. Со временем, я научилась хорошо его понимать, а он в свою очередь - вернул способность к нормальному общению. С его дочкой я играла редко, чаще просто наблюдая за ней. Как она играет, гуляет, кушает, читает с мамой на ночь сказки, болтает с подружками. Я чувствовала себя её ангелом-хранителем и мне нравилось думать, что своим присутствием я защищаю девочку от всяких бед. Ну конечно это было не так.
Она так же разбивала колени, болела, иногда плакала, если мама что то запрещала. Но впрочем, это никак не влияло на нее. Аня была жизнерадостным ребенком, который не умел долго плакать, долго жалеть о чем то и долго обижаться. Проходило время, и вот она уже словно чистый лист, на котором ни пятнышка чернил. Это скорее она была ангелочком, нежели я...
Пролетали дни и недели. Пролетали так быстро, что я потеряла им счет. Глядя на то, как мама одевает Анечку в теплые вещи, завязывая крепко шарф и надевая ей шапку, я осознала, что сейчас уже начало зимы, и с момента моего нового рождения прошло уже пять месяцев. А я думала, что время в таком обличье будет идти медленнее...
Мы вышли с Аней во двор дома. Ей в лицо дул холодный ветер и она щурилась и ежилась от холода, постепенно привыкая. Мне же холодно не было, Я чувствовала порывы воздуха, которые легко могли бы унести меня ввысь, если бы я того захотела. Мне было немного прохладно, только и всего.
Мы прошли по улице, по грязной раскисшей дороге. Моя хозяйка старалась не наступать в лужи, но ей не всегда это удавалось. Благо, ее мама одела на нее резиновые непромокаемые сапожки, иначе бы она точно промочила ноги и заболела после такой прогулки.
Наконец, впереди показался дом одной из ее подружек. Аня пошла быстрее, я знала, что она уже чуть чуть опаздывает. Ее белобрысая подружка уже стояла на крыльце и с нетерпением топталась, глядя на нее. Их ежедневная прогулка отменялась сегодня из за плохой погоды и они договорились посидеть поиграть в куклы дома у девочки, которая жила в самом конце улицы.
Белобрысая выскочила ей на встречу. Я все никак не могу запомнить ее имя... Знаю только, что у нее очень вздорный характер...
- Почему так долго?! - Вместо приветствия выкрикнула она сквозь шум ветра. - Я жду тебя тут уже десять минут и вся промерзла.
- Прости, мама не могла найти мой шарф... - Просто ответила Анечка, улыбаясь.
Белобрысая надулась, и дальше просто пошла без слов.
Я беспокоилась, как бы моя хозяйка не простудилась на таком ветру. Я воспарила выше домов, оглядывая унылый декабрьский пейзаж внизу. Мутная противная погода... Так сразу захотелось весны. А еще захотелось к морю, поглядеть на суровые зимние волны, на пустынном пляже. Послушать крики беспокойных чаек. Желание вдруг стало непреодолимым и я невольно взметнулась еще выше, поймав сильный поток воздуха, и меня понесло куда то быстро быстро.
Медведь всегда каким то образом чувствовал если я сильно удаляюсь, и вскоре нагнал меня, чтобы узнать причину, такого резкого бегства.
- Ты в курсе, что море в другой стороне? - Ошарашил он, выслушав мое объяснение. Я вылетела с трудом из потока и зависла где то, непонятно где, в небе, не имея понятия о данной местности.
Он вылетел чуть дальше. Я услышала хохот.
- Быстрая ты все таки на решения. Я пошутил, Мари, ты летишь правильно.
Черт, жаль я все таки бесплотная. Так бы и врезала...
- Ты не против, если я составлю тебе кампанию?
- Давай, составляй... - Проворчала я. Как ему запретишь то? Так или иначе подобная просьба была лишь данью вежливости. Или очередной шпилькой в мою сторону. Мы полетели рядом, снова влетев в воздушный поток воющего ветра.

Глава Шестая.

Море я увидала еще издалека. Полоску серого цвета, едва голубого. Мы прибыли рано утром в город, в котором я раньше никогда не была и вроде даже и не слышала о нем. Маленький такой городишко-курорт для не богатых. В самом городе было пустынно - вездесущие туристы сидели где то далеко-далеко у себя дома, мечтая о лете и о предстоящем отпуске. Пляж был полностью в нашем распоряжении.
Я села так, чтобы мои невидимые ноги касались волн, беспокойных и злых. Так что, иногда, в воде оказывались не только ноги, но и вся я и даже часть песка за мной. Но мне было все равно, ведь я не могла промокнуть, затем замерзнуть и заболеть. В груди было бодрящее чувство каждый раз, когда волна накрывала меня с головой и я жмурилась от ожидания, что вот-вот сейчас промокну до нитки. Медведь сидящий рядом, как мне кажется жмурился так же, но это всего лишь догадки.
- Красивое и суровое...
- Да... - Вздохнула я. - Живыми мы бы так не посидели наверное.
- Ну не знаю как ты... А я частенько бывал здесь зимой, еще в молодости. Правда, приходилось садиться подальше и одеваться тепло, но это не суть. Море помогало мне думать и находить решения каждый раз, когда я находился в тупике. Я был здесь последний раз за месяц до смерти. Успел попрощаться с ним при жизни. И вот, вернулся вновь сказать ему "Привет"... - Он вздохнул. - Вообще, знаешь, потерялся смысл приходить сюда.
- Почему?
Он помолчал немного.
- Нет нужды просто. У меня больше нет жизненных вопросов и я не жду ответов на них. А подумать о вечном я могу и где нибудь в другом месте. Теперь для меня это всего лишь красивый пейзаж, оболочка другой жизни.
Волна накрыла нас. Я решила озвучить вновь когда то заданный им же вопрос:
- А как думаешь, сколько нам жить?
- А как думаешь, мы привязанны к нашим телам? Если Куклу и Медведя выбросят, разорвут на куски или сожгут, мы умрем?
Я задумалась. Выходило не весело, если предположение Медведя было правдиво.
- Ты знаешь сколько лет живут плюшевые медведи? - Наконец спросила я.
- Ну в среднем... Даже не знаю. У нас как то провалялся один на чердаке почти десять лет. Только я не хочу на чердак. Как бы ни было, я хочу чтобы Аня не оставляла меня, пусть я сам никогда не оставлю её...
- Ну давай возьмем 15 лет при надлежащем уходе. Как смотришь?
- Мало... - Протянул он. - Надеюсь, тебя первой закинут на чердак. И это сделает тайком моя жена, чтоб больше не видеть твою сташную прическу. - Медведь ехидно рассмеялся.
Я не обиделась на шутку.
- Если и закинут, то только вместе с тобой. Игрушки всегда выносят сразу все на чердак, чтоб не мешались.
- Очень надеюсь, что ты ошибаешься, тряпка.
- Сам ты тряпка... Плюшевая. - На этот раз я надулась. И мы не говорили почти полчаса. В конце концов, я загипнотизированная морем спросила Медведя:
- А сколько тебе лет?
- Сколько лет плюшевому медведю? - Сонно спросил он, уточняя.
- Нуу... И тебе и медведю сколько?
- Всего?
Жаль я все таки не могу ему врезать.
- Нет, пожалуйста отдельно.
- Мне 31 год, а медведю два.
- Ну у тебя осталось еще где то 13 лет, - Я зевнула в конце фразы.
Он не ответил - похоже уснул. На меня волны тоже действовали усыпляюще. Ветер только-только утих и нас больше не накрывало. Все шло по первоначальному замыслу: омывались только наши ноги. Вскоре я последовала примеру Медведя и уснула прямо на песчанном берегу, холодного зимнего моря.
Прснулись мы на закате. Небо было чистое, но ветер так же выл кругом. Наверное было ужасно холодно.
Я потянулась по привычке сонно и резко села.
- Ну что, нагляделась, Спящая Красотка? Полетели домой? А то я уже соскучился по маленькой... - Он зевнул.
Я не ответила. Посидела еще несколько минут, прижав колени к подбородку и глядя на перекатывающиеся волны, затем позволила ветру подхватить себя и закружить выше и выше, пока не оказалась в облаках. Медведь был рядом. Он помог мне найти дорогу назад.

Глава Седьмая.

- Мааам, я хочу мороженное!
Крики разносились по всему дому. Аню вовсе не смущала зима за окном, она требовала свое летнее лакомство. Мама только закатывала глаза и объясняла дочери, что сейчас не самое лучшее время для мороженного, и что можно заболеть, но через десять минут сдалась, и, надев пальто, вышла на улицу, в магазин. Счастливая Анечка побежала к себе в комнату делиться со мной известием о победе. Я влетела в кукольное тело и моя хозяйка как раз взяла меня в руки.
- Мари, сейчас мама принесет нам мороженное! Ты какое больше любишь? Я вот люблю клубничное с шоколадным сиропом. Очень-очень люблю. А тебе наверное нравится банановое... Да, Мари? Точно, все таки банановое, я знала.
Она покружилась со мной по комнате, по пути прихватив Медведя.
- А Мишка верно любит пломбир с орехами. Я вот не люблю пломбир, потому что клубничное самое вкусное.
Медведь тяжело вздохнул у себя. - Я бы сейчас тоже с удовольствием съел мороженного. Хоть клубничного, хоть какого.
- И я бы съела. Банановое с шоколадом... - Мы глядели на Анечку так, будто она и правда сейчас достанет нам несколько вафельных рожков.
Вернулась мама и Аня ненадолго оставила нас. Мы с Медведем выбрались наружу и сели посередине комнаты.
- Надеюсь она не заболеет...
- Тьфу ты, перестань, она же не на улице ест его, а дома. - Мечтательно оборвала я его переживания.
- Ну да, ну да. - Проворчал Медведь.
Мы молчали, а из кухни доносились веселый смех и хруст обертки из под брикета с мороженным.
- Пойдем. - Бросила я Медведю, прежде чем исчезнуть за пределами дома.

- Что мы можем, Мари? На самом то деле?
Я не отвечала, сидя на крыше одного из высотных домов, далеко от нашего района. С неба падал снег крупными хлопьями, сгущались сумерки и тучи над головой приобрели сизый оттенок.
- Я не пойму существуешь ли ты даже на самом деле, или ты плод моего воображения. Я тебя не вижу, не чувствую... Как мне узнать не сошел ли я с ума, и сущствую ли я сам, в конце концов.
- Мы не узнаем. Но одно я тебе точно могу сказать: ты и я - две давно сошедших с ума души.
- Почему давно?
Я хмыкнула, не отрывая взгляда от снега, хотя Медведь возможно думал, что я сейчас горько смотрю на него. Но я смотрела только вперед, на белый дождь из перьев и хлопка.
- Мы сошли с ума в тот момент когда выбрали такое существование. Нормальные души выбирают достойную... как её... реинкарнацию вроде. Живое существо себе в обиталище. А мы двое сумасшедших, даже не знаем теперь есть ли мы или нас вовсе нет.
- Я все равно чувствую себя слишком живым. - Прошелестел рядом голос Медведя.
- Не ты один.

Я вдруг почувствовала, что он исчез. Наверное просто прыгнул вниз, расстворившись в белой пелене. Без него я сразу почувствовала себя одиноко. Одинокой, сошедшей с ума, заблудившейся в этом мире. Живой я искала успокоение в тишине и одиночестве, но я всегда знала, что стоит мне самой нарушить границу и мир откроется передо мной, распахнет мне объятия и примет, окружив людьми, суетой, шумом, жизнью. Теперь же нас с миром разделяла тонкая но не пробиваемая стеклянная стена. В ней не было двери, по крайней мере, пока.
Мне хотелось закрыть глаза... Но теперь это тоже стало невозможно. Я была как ветер, была ветром и не имела глаз и не имела век. Единственное, что могло помочь мне скрыться от всего, это - кукольное тело. Меня тянуло к нему, в свою "квартирку", но я упорно не меняя позы, продолжала сидеть на крыше вместе с опустившейся рядом ночью.
Внизу мерцали огни города, машин, окон домов. Я думала, что вот, скоро очередной Новый Год сменит старый, осталось совсем немного, до того, как планета совершит еще один виток вокруг своей оси.
Предверие Нового года было всегда напоено праздником. В воздухе словно сверкали миллионы бенгальских огней, фейерверков. В головах людей взрывалось это предвкушение праздника и озабоченность необходимостью дарить что то близким. Я обожала дарить подарки знакомым, и не очень, людям. Ходить часами по магазинам, щепетильно выбирая, не глядя на цену. Мне бы очень хотелось подарить что нибудь Ане: красивую дорогую куклу, платье, большую яркую книгу с картинками... Я соскользнула вниз - к огням, людям, магазинам, шуму. И весь оставшийся вечер провела среди толпы, рассматривая всевозможные товары на витринах.
Когда я уже собралась домой, мой взгляд зацепился за маленький тонкий браслет за витриной одного из магазинов. Я пролетела сквозь стекло, чтобы поглядеть на браслет поближе. Он был резной, с маленькими голубыми камушками и совершенно невесомый на вид. Он понравился мне с первого взгляда и я стала прикидывать как бы его вынести отсюда. Вспомнился случай с качелей. Я робко тронула браслет и он едва шевельнулся под моими пальцами. Я поняла, что успех возможен, и воспользовавшись толчеей в магазине, попыталась поднять браслет. Пару раз он зависал в воздухе, но стоило мне чуть расслабиться, а точнее отвлечься на посетителей магазина, которые могли что то увидеть, как браслет выскальзывал и опускался на прежнее место.
Промучившись с четверть часа, я наконец собрала всю волю в кулак и схватив браслет, вылетела через витрину. Услышав звон, я сообразила, как сильно сглупила: браслет не покинул магазина по причине его материальной сущности. Хорошо еще, что за шумом никто ничего не заметил. Я быстро вернулась назад и повторила попытку, только уже вылетая через дверь. Браслет едва держался в моих руках, как будто это был не браслет вовсе, а живая, мокрая, скользская рыба. Путь домой значительно затянулся - требовались постоянные передышки, но к ночи я все таки увидела, уже ставший родным, дом. Подарок нужно было где то спрятать до Новогодней ночи. В конце концов выбор пал на самую высокую ветку дерева за домом, где я каталась на качелях. За снегом, облепившим ветви браслет было практически невозможно заметить, но я все равно еще накидала поверх него снега, предварительно крепко примотав сам браслет к ветке. Итак, подарок есть... Я спустилась вниз, к качеле, засыпанной снегом. "Медведь наверное уже дома - мелькнула у меня мысль. - Нужно бы поделиться с ним идеей насчет подарка".

Глава Восьмая.

Медведь пропал. Когда я вернулась домой, в тот вечер похищения браслета из магазина, я почти мгновенно уснула добравшись до кукольного тела. Проснувшись рано утром, я как всегда посидела вместе со своей хозяйкой, смотрела как она завтракает и донимает маму разными вопросами. Мама немного нервничала: она опаздывала на работу, на которую устроилась совсем недавно и мыслями была уже там. Наконец пришла молоденькая дочь соседки, которой мать Ани предложила поработать няней. Они перекинулись словами, мама чмокнула Аню в макушку и быстро выбежала за дверь.
Нянька мне не нравилась. Я хотела бы высказать это вслух, поделиться мнением с Медведем но не нашла его дома. Оставив няню вместе с ее подопечной смотреть телевизор, я решила облететь окрестности, и все знакомые и любимые места Медведя. Его нигде не было. Ну в общем то, тогда я подумала, что он тоже способен совершать поступки по зову желания, как я тогда просто взяла и полетела к морю. Он тоже мог бы отправиться в небольшое путешествие, и не страшно вовсе, что он не взял меня с собой и даже не предупредил... Нет, конечно безумно обидно, но всем, бывает, хочется побыть наедине с собой. Так что я лишь пожала невидимыми плечами и вернулась обратно в дом.
Беспокоиться я начала уже на третий день. Я переживала, хотя знала, что с ним в принципе ничего случиться не может, но почему же тогда он не возвращается к дочери? Я тщетно ломала голову в догадках.
Нянька все так же злила меня своим присутствием. Она приходила по утрам и как только мама Анечки уходила, как всегда в спешке, на работу, она сразу уваливалась на диван и включала телек. Иногда Аня составляла ей компанию, но не долго, потому что, к ее большому разочарованию, нянька мультики не смотрела. Днем, она неохотно вставала с дивана и шла на кухню, чтобы покормить себя и заодно Аню, затем вновь шла к дивану и продолжала гипнотизировать телевизор до самого вечера, пока не возвращалась мама. Все это время Аня была предоставленна сама себе: она выбегала гулять на улицу, или играла в своей комнате со мной и опустевшим медведем. Я старалась не выпускать ее из виду, забросив свои извечные прогулки.
Так прошла неделя. Медведь все не появлялся, нянька сидела у телевизора, мама работала, а Аня скучала - ничего не изменилось. До Нового года оставалось еще несколько дней и я почему то думала, что к празднику он должен непременно объявиться.

Сегодня выпал мягкий снег и куча детей со всей улицы устроили битву снежками. Я сидела на подоконнике и глядела, как они катаются в сугробах, все белые, с красными от мороза щеками. Аня, сидящая рядышком, тоже бросала взгляды то на улицу, то на гостинную, где работал телевизор. В конце концов возле нашего дома показались ее подружки, которые замахали ей варежками, призывая присоединиться к ним. Аня заговорщицки подмигнула им и соскользнула с подоконника к шкафчику, вытаскивая теплые вещи. Я знала, что и в этот раз она сумеет незаметно выйти на улицу, а когда вернется, нянька всего лишь устало взглянет на нее и выдавит из себя: "Только не говори маме, что гуляла одна. Это будет наш ма-а-аленький секрет, хорошо?". И Аня конечно же согласится. Дети любят секреты...
Я вышла вместе со своей хозяйкой на улицу. В нее сразу полетел снежок и я решла включиться в игру: мне не хотелось, что бы Анечка пришла домой мокрой и простуженной и я мягко отбила снежок, что летел ей в макушку. Она даже не заметила, но мальчик, который кинул снежок, очень удивился. Я хмыкнула и поспешила за Аней, чтоб вовремя отразить все снежные атаки готовищееся в ее сторону: она, как новенькая, была слишко заметна - без красных щек и в чистой, не забеленной снегом одежде. Негласная передышка кончилась и снежки взвились в воздух. В тот день мне пришлось очень постараться, но некоторые снежки все таки достигли своей цели, хотя в голову или за шиворот не попал никто. Аня только смаргивала снежную пыль с ресниц и весело смеялась, бросая ответный снежок.
Под вечер, девчонки сделали общую атаку на мальчишек и, в конце концов, Аня с визгом бросилась бежать, но не в сторону дома, видимо растерялась, и выскочила на незнакомой ей, похоже, улице. Здесь было небольшое движение и машины проезжали иногда, и достаточно медленно - был гололед.
Аня уже повернулась назад и тут увидела одного из преследователей, того самого мальчишку, что первым кинул в нее снежок. Он победно вскрикнул, зачерпнул снега и бросился к ней. Аня быстро глянула на дорогу и побежала на другую сторону. Я глядела в ужасе, как быстро приближается машина и в последний момент успела подлететь и потянуть ее за куртку на себя, буквально выдернув из под машины.
Над нами пролетел снежок.
Растеряная Аня лежала на обочине и смотрела, как к ней подбегает испуганная женщина, водитель той машины, под которую она чуть не попала.
- Ты в порядке?! - она заставила ее сесть, оглядела ее голову, спросила болит ли что нибудь. Убедившись, что девочка невредима, она наконец вздохнула с огромным облегчением.
- Где твои родители?
- Мама скоро вернется и мне надо домой. - Ответила Аня чуть заторможенно.
Женщина нахмурилась.

- Ладно, где ты живешь? Я отвезу тебя домой.
Аня назвала адрес и покорно села в машину. Я тоже была не против, женщина не вызывала у меня неприязни, в конце концов, она не была виновата, что ребенок сам прыгнул под машину.
Приехали мы в тот момент, когда обеспокоенная мама бегала возле дома и звала дочь, а рядом стояла, с туповатым и немного виноватым видом, горе-няня.
Анечка не говоря ни слова открыла дверь и кинулась к маме. Я сидела еще в машине и видела, как сомневается женщина: выходить ли ей или нет. В конце концов, она наверное решила, что плохого ничего не сделала и лучше рассказать все самой и вышла из машины.
В итоге состоялся разговор, в ходе которого нянька была уволена, а женщина-водитель приглашенна в дом на чай.
Я наконец вздохнула спокойно. Аня жива, мерзкую няню выгнали - все хорошо. И тут мне в голову пришла мысль, которая заставила меня застыть: Медведь исчез, и если бы меня не было рядом с Аней, то она скорее всего бы погибла и никто бы ее не защитил. Как же он мог ее оставить?! Меня захватила злость на Медведя и я решила, что как только он появится я ему все выскажу.
Аня уснула почти сразу после того, как зашла в дом, наверное от шока, а я сидела у окошка и смотрела, как родители забирают своих детей, похожих на снеговики. Тут мое внимание привлек мальчик из за которого Аня запаниковала и бросилась на дорогу, он подошел близко к ее окну. Глядя сквозь меня, он стоял с виноватым видом несколько минут. Я с любопытсвом смотрела, как он мнется и нерешительно дергает руку вверх, порываясь постучать в окошко. В конце концов он ушел, опустив голову, на зов своей матери. А я подумала, что у моей хозяйки, похоже, появился поклонник.

Глава Девятая.

Итак, завтра Новый год.
Я несколько раз за эти дни летала проверять на месте ли браслет - маскировка маскировкой, а всякие сороки вполне способны утащить мой подарок. Но все было на месте. Мама, после того случая, теперь ездила на работу до вечера вместе с Аней. Поисками нормальной няни решили заняться после праздников.
Я не сопровождала их. Пару раз в день прилетала поглядеть на свою хозяйку, убеждалась, что все в порядке и отправлялась на поиски Медведя, которые так ни к чему и не привели. Ну что ж, если он не появится завтра, то я прекращаю поиски и просто умываю руки. Было горько только от одной мысли, что я осталась одна и мне оставалось лишь надеяться, что это временно. Где же он?..

Сегодня я осталась одна дома, забралась в свое тряпичное тельце и провела там весь день, закрывшись от всего, отдыхая.
Я поняла, насколько моя жизнь бессмысленна без Медведя, так же, как и его - без меня. Наконец, мне стало ясно, почему меня определили именно сюда, к Ане. Медведь, в своем одиночестве и бездействии просто сходил с ума. А жизнь, какая бы она ни была, должна иметь хоть малый смысл.
А он ушел. Может ему все таки было легче без меня? Или он просто привык уже чувствовать себя одиноким, в своем собственном мире, без посторонних, к которым я, по видимому, относилась. Так за те полгода, что я здесь, он не проявлял особого недовольства моим присутствием. Ничего не понимаю.
В таком растерянном состоянии я пробыла до вечера, пока не пришла моя хозяйка. Едва поужинав, она принялась рассказывать мне события сегодняшнего дня. Я слушала внимательно историю о черном пушистом котёнке, которого мама не позволила забрать домой. Я искренне посочувствовала, ибо сама очень люблю кошек, хоть никогда их не заводила, так как редко бывала дома, и за ними некому было бы присмотреть.
Тут Анечка доверительным шепотом сообщила мне, что все равно сегодня вечером, подружки передадут ей котенка через окно, а она его спрячет под кроватью.
После раскрытия мне своего тайного плана, Аня стала готовиться к приему пушистого гостя: нашла старую небольшую коробку, там же, под кроватью. Утеплила ее одним из своих свитеров и спрятала коробку обратно.
- Нужно молоко... - задумчиво сказала она. - Как бы пронести его мимо мамы?
Я улыбнулась. Маму как нибудь отвлечем.
Аня меряла шагами комнату, погруженная в раздумья. В конце концов, судя по ее физиономии, она решила: будь, что будет. Достала одну из своих игрушечных тарелочек, которая могла бы сойти за миску и отправилась на кухню.
Как назло, мама сидела на кухне и пила чай с пирожными, медленно и неторопясь. Аня стушевалась, быстро спрятав миску под свитер.
- Будешь чаю, дорогая? - устало спросила мама, делая еще один глоток.
- Мм, нет, я бы хотела молока.
Мама окинула взглядом холодильник, смерив расстояние до него, вздохнула и встала подогреть дочери молоко. Когда она уже налила подогретое вожделенное молоко в кружку, до нас с Аней дошло, что можно отнести кружку в комнату, а там уже перелить в миску... Но все было не так то просто.
- Ку-у-у-да?.. - Протянула мама в спину удаляющейся из кухне Ане - та замерла. - Здесь пей, а то мало ли, еще прольешь, а там в комнате ковер как ни как.
Аня нерешительно и хмуро повернулась, возвращаясь к столу. Мать никуда не торопилась, попивая свой чай. Я решила, что пора бы ее расшевелить и подлетела к входной двери, она была заперта, пришлось постараться, чтобы сдвинуть ее с места, открывая, и еще больше приложить усилий, чтобы громко захлопнуть ее обратно. Судя по звякнувшей на кухне чашке, мама среагировала мгновенно. Я услышала топот в сторону прихожей. Итак, я надеюсь, что Аня воспользовалась своим шансом.
Вернувшись в комнату, я застала Аню за открыванием окна. Мой взгляд приметил белеющее содержимое миски, едва видимой под кроватью, рядом с коробкой. Наверное торопилась, не успела запихнуть подальше.
Аня дернула окно на себя, и тут выяснилось, что оно закрыто еще и на верхнюю задвижку, до которой ей не достать. Она изо всех сил тянулась вверх, едва касаясь ее. Я, вздохнув, щелкнула задвижкой и окно приоткрылось. Аня резво слезла с подоконника, приняла котёнка на руки и поблагодарила подружек за помощь. Эх, что бы она без меня делала...
- Считай это тебе от нас такой подарок на Новый Год. - Прошептали девочки.
- Большое вам спасибо! - счастливо улыбнулась Аня. Тут послышались шаги в коридоре и она в спешке махнула подружкам, тихо закрыла окно и бросилась к кровати, пряча котёнка в коробке.
Зашла с озадаченным видом мама.
- Ты не слышала, как дверь хлопнула?
- Нет, мам.
Она рассеянно оглядела комнату и остановила свой взгляд на дочери:
- А почему ты сидишь на полу?
Аня раскрыла рот, придумывая ответ, но тут мама увидела пустую чашку из под молока и всплеснула руками. - Ну я же просила выпить его на кухне! Неужели так сложно. Она хмуро забрала чашку с пола и вышла. Мы с Аней вздохнули с облегчением, а из под кровати послышалось чавканье: наше домашнее животное нашло миску.
- Ну, как его назовем, Мари? - спросила девочка, заглянув под кровать.
Мы задумались. Лично я не дала бы никакого имени. Для меня кот был котом, а не Пушком, Барсиком и так далее. Аня напряженно морщила лобик, - может назвать его Черныш? - в конце концов спросила она. Мда, ну Черныш это еще в общем то не так уж и плохо.
- Эй, котик, тебе нравится имя "Черныш"? - тоненьким голосом протянула Аня, вытаскивая котёнка из под кровати. Он был красивый, с черной, густой блестящей шерстью, но было заметно, что он очень худой и наверняка ничего не весит даже.
- Мя. - кратко высказалось животное.
- Значит согласен на "Черныша"?
Она повернула его лицом к себе и кончиком своего носа коснулась носа котенка. Оба мило зажмурились и кот опять подал голос с нотками мурлыканья: - Мррмяр...
- Вот и отлично! Можешь пока попить молочка, а я пойду погляжу, что еще можно принести тебе. Только никуда не уходи! Если мама заметит больше не будет тебе никакого молока. Жди здесь.
Он глядел на нее огромными зелеными глазищами не мигая и вдруг перевел взгляд прямо на меня. Я почувствовала себя немного неуютно и отошла в сторону. Он проводил меня взглядом и вдруг слабо приоткрыл рот, словно попытался мяукнуть, но мы ничего не услышали. Неожиданно он отвел взгляд и спокойно перебежал к миске под кровать, опять послышалось чавканье. Девочка поправила край покрывала, чтобы котенка не было видно и вышла на кухню за продовольствием.
Я задумалась: неужели он меня увидел? Или почувствовал? Интересно...
Я не стала лезть к нему под кровать, испугаю еще.
Вдруг, я почувствовала в груди что то не ясное, непонятное... Если бы у меня было сердце, оно бы застучало через раз. Стук... Стук... Стук...
Волна облегчения накрыла меня.
Он вернулся.

Глава Десятая.

Мы были за домом: я каталась на качелях, а он стоял рядом.
- Наконец ты вернулся... - Я вздохнула.
- Да. Прости, что не предупредил, ты наверно переживала?
Я с негодованием посмотрела на него. Как жаль, что он не может увидеть эти пылающие гневом и обидой глаза.
- Переживала. Немного...
- Врешь, я же слышу. - Он глухо рассмеялся. - так и представляю, как ты весь город перевернула в поисках меня.
- Не льсти себе. - уязвленно пробурчала я. - расскажи-ка лучше, где ты взял в середине зимы подснежники?
Цветы в данный момент лежали на самом высоком шкафу, чтобы никто не дотянулся из обитателей дома.
- Дочери с женой подарок. В прошлом году я принес такой же букет и положил в почтовый ящик. Просто, думаю их бы шокировало появление цветов где нибудь на столике в гостинной. А так они просто приятно удивились. Ох, ты не представляешь, каких усилий мне стоило донести его в сохранности в такую погоду да еще и незамеченным. Но главное, что все получилось. Хотя знаешь, в прошлый раз с погодой мне повезло намного больше. - он грустно усмехнулся в конце фразы.
- Я тоже приготовила подарок, правда для одной только Ани, о твоей жене, пардон, я как то не подумала.
Я почувствовала его удивление.
- Не скрою, это было очень сложно, но заняло меньше времени, чем твой долгий полет за цветами.
- Ну-ка, ну-ка покажи что там у тебя...
Я усмехнулась и взлетела к макушке дерева, за браслетом. Кое как отмотала его и спустилась вниз. Медведь уже занял мое место на качеле, зараза...
- Вот! - гордо протянула я ему браслетик.
- Хм... неплохой, я думаю ей понравится.
Неплохой. Букет у него не плохой, а мой подарок просто замечательный! Я тщательно попыталась скрыть обиду.
- Спасибо тебе. Что тоже заботишься о ней. Надеюсь тут ничего не произошло за мое отсутствие?
Я уже открыла рот, вспомнив о своем обещании высказать ему все, но промолчала. Он ведь не мог знать. Неважно, главное, что все хорошо, что я оказалась рядом. Пусть он лучше ничего не будет знать, мне не хотелось, чтобы он винил себя в чем то.
- Все было хорошо. Единственное, что с неделю у нас пробыла нянька для Анечки, но я ее немного напугала и она сбежала.
Медведь расхохотался. - Никому уже не доверяешь мою дочку?
- Да ты бы видел эту няньку! - и я принялась рассказывать ему о всех событиях, которые он пропустил.
Оставшаяся ночь пролетела незаметно. Мы все не могли наговориться, словно с каждым словом я вновь убеждалась, что существую и что Медеведь рядом. Под утро мы взяли наши подарки и незаметно подложили их в почтовый ящик.

Глава Одиннадцатая.

Мама обнаружила существование лишнего жителя в доме только через неделю. На наше с Аней счастье, в тот день на улице была ужасная метель и у мамы дрогнуло сердце выгонять в такую погоду этот маленький беззащитный комочек с большими невинными глазами. Черныш остался ночевать в доме, а на утро мама обнаружила его у себя под боком. Криков возмущения не последовало, как ни странно. За завтраком, она, рассеяно глядя на котёнка, лежащего у него на коленях, неожиданно предложила дать ему испытательный срок. Радости Ани не было предела. И вот, в итоге кот испытательный срок прошел на "отлично" и теперь считался официальным жильцом дома.
Мы с Медведем вскоре после этого выяснили, что кот нас все таки видит и даже слышит - когда я с ним заговаривала он замирал и с интересом смотрел на меня. Мы с ним очень быстро привыкли друг к другу. Медведь ему, похоже, нравился не так сильно. Как то раз я решилась наконец погладить кота. Сначала он вздрогнул, его шерсть немного встала дыбом, но через некоторое время он даже замурчал. Я, удивленная и довольная, тут же позвала Медведя.
- Смотри, я его глажу, а он не убегает и не пугается! - счастливо крикнула я Медведю.
- Не вижу я, как ты его гладишь. - Проворчал он подойдя ближе.
Я надулась.
- Ну попробуй сам, раз не веришь. - я отошла от кота, мирно лежащего на кровати.
Стоило Медведю приблизиться, как хвост животного начал нервно метаться из стороны в сторону. Медведь, похоже, тоже занервничал.
Тут кот вскочил и с громким "Мммяяя" выскочил из комнаты. Я засмеялась.
- Ты что, за хвост его дернул что ли?
- Ну спасибо, Мари, отличная была шутка. - Огрызнулся он.
- Не пойму, что не так? - я перестала смеяться. - Со мной вроде нормально себя вел...
- Что за детские розыгрыши? Ты его не гладила, готов поспорить. Просто хотела посмеяться надо мной и бедное животное испугать, да?
Медведь разозлился... Я недоумевала в чем дело. Но, как потом позже он признался, ему просто было досадно, что кот принял меня спокойно, а с ним вот не захотел иметь дела.
Со временем, они все таки сжились, но гладить себя кот все равно позволял пока что только мне.
Почти три месяца мы провели дома. Ужасно холодная зима и унылый безжизненный пейзаж не располагали к прогулкам. Все трое - я, кот и Медведь были как в спячке все эти дни. Я и правда часто спала в своей "квартирке". Как то раз я проснулась на подоконнике между передних лап кота, который положил на мое тельце свою мордашку. Наверное, ему было просто скучно сидеть одному, но так или иначе, таскать куклу в зубах с собой на подоконник у него скоро вошло в привычку. Медведь шутил надо мной, деланно удивляясь, когда это я научилась управлять кукольным телом.
- Вижу завела себе кукловода? - смеялся он.
- А тебе завидно что ль? - в свою очередь фыркала я. Но в ответ слышала лишь язвительный смех с явными завистливыми нотками.
Просыпаясь так часто, у окна рядом с котом, я ужасно мечтала о чашке горячего чая с медом и чтобы кот, тихо сопящий рядом, сидел на моих коленях и мурчал. Но впрочем, и то, что я имела, было не так уж плохо.
Когда наступила весна, мы все начали потихоньку просыпаться, хотя за окном не было и намека на потепление. Но всех нас вдруг оживило это чувство приближения света и тепла.
Вот, конце марта прошел День Рождения Ани - куча ее маленьких подружек, торт с шестью свечками, веселье, детский смех... Мы тогда ушли с Медведем через полчаса после прихода гостей. Слишком громко, слишком весело, слишком живо для нас... Да и нечего нам было там делать. Когда мы уходили, кот проводил нас тоскливым взглядом - все дети уже нацелились на него с горящими глазами. Мы посочувствовали ему, но с собой не взяли.
- Пускай празднует с детишками. - ехидно захихикал Медведь. Мда, не зря все таки котик его не любит...
В тот день мы гуляли по городу, слоняясь по улицам, среди прохожих, словно мы ничем не отличались от других. Просто еще одна пара людей в огромной толпе идущая по своим делам.
По привычке, я заглядывала в отражения витрин магазинов, но нас с Медведем там не было.
- Весна... - протянула я. - Так хорошо, наконец. Когда после зимы видишь как расцветает жизнь, кажется, будто сам родился заново, или очнулся после долгого сна. Знаешь, Медведь, мне безмерно хорошо сейчас идти по этой улице, и чувствовать дыхание весеннего ветерка. Знаю, он еще совсем не теплый, но такой... скажем, "многообещающий"... - я мягко рассмеялась. - Скоро будет совсем тепло. Скоро мое первое лето. А сейчас - моя первая весна.
- Да... Это хорошее время. Весной, чаще всего происходят всякие хорошие случайности. - Загадочно тихим голосом проговорил Медведь.
Я пожалела, что не могу поймать его взгляд: он сказал бы наверняка больше, чем я смогла услышать.

Глава Двенадцатая.

-Тебе снятся сны? - пробился через кошачье мурлыканье, словно через вату, ко мне вопрос.
- Мм?..
Я повернулась лицом к комнате, в недрах которой притаился Медведь.
- Да, бывает снится. Только редко запоминается. В общем как при жизни. Не почувствовала разницы в этом плане.
- А мне вот ничего не снится, - его голос был совсем рядом. - Еще ни разу не приснилось хоть что то... Я, если честно думал, что так оно и должно быть. А ты вот теперь заставила меня задуматься.
Я нахмурилась.
- Как то странно. А в жизни у тебя проблем не было со сном? Быть может это как то связанно?
- Да нет вроде. Не припоминаю чего то особого.
Я почувствовала, как он приблизился и сел рядом со мной на подоконник. Кот недовольно передвинулся ко мне, он до сих пор не любил близко подходить к Медведю.
- Не бойся, не съем. - он шутливо, не сильно, дернул кота за кончик хвоста. Тот в ответ фыркнул, бросил на меня взгляд, который говорил "извини, но я не могу находиться на одном подоконнике с этим хамом", и спрыгнул на пол, затем скрывшись за дверью.
- Ну вот...- протянула я расстроенно.
- Оно к лучшему, что ушел. А то когда этот кошачий "паровоз" рядом, ты не способна думать. Как тряпка сонная.
- Я вообще то и правда не прочь была бы вздремнуть. Ты же знаешь что я не спала всю ночь.
- Ну я не виноват, что у тебя бессонница. К тому же ты сейчас уснешь и будешь видеть сны, а я их не вижу. Это не справедливо, согласись?
- Ну я не виновата, что ты их не видишь.
- Не огрызайся.
- Когда я не выспавшаяся - я злая. Предлагаю на последних остатках вежливости перенести наш разговор на несколько часов. Согласен?
- Нет.
Я действительно начала закипать.
- Слушай, это твои проблемы со сном, не мои. Так что будь так добр, отвали ненадолго со своими патологиями. - быть может я сказала это немного грубо, но недостаток сна всегда делал меня раздражительнее.
Он замер на несколько секунд. Я успела понять, что сейчас будет что то нехорошее. Нехороший долгий разговор, где мне уже точно не дадут поспать, а на душе останется мерзкий отпечаток на несколько дней, что никак не поможет нормализации моего сна. И я сбежала. Прежде чем он успел что то понять, я резко вылетела прочь из дома, напрямую, даже не думая куда, лишь бы быстрее да подальше.
Это был без сомнения малодушный поступок. Но что поделать, мне не хотелось вновь ругаться с ним. Где то с середины весны начались первые недопонимания, стычки. Я огрызалась на его подшучивания над котом, который за себя к сожалению ответить не мог. Медведь тоже, порой, становился неоправданно разражительным и мы по новой злились, ругались, мирились... И все это происходило почти каждый день.
Я летела вперед, остатки сонливости разогнал ветер, а неприятные мысли все никак не хотели выветриваться. Я не понимала, почему в последнее время стало вдруг так все сложно. В конце концов, все что у меня сейчас было это лишь отголоски настоящих эмоций. У меня есть лишь тень моего тела и моя душа - я сама. Я не должна так, по настоящему нервничать, обижаться, злиться. Это неправильно.
Мне хотелось где то остановиться и я выбрала крышу одной многоэтажки. Мысли о ссорах ненадолго ушли и теперь я размышляла о том, почему Медведю ничего не снится. Быть может, после смерти что то изменилось в нем самом. Или наоборот, с ним все в порядке, а вот со мной нет. Может, это не правильно, что я вижу сны... Я окончательно запуталась. Пришло запоздалое чувство вины перед Медведем. Нужно было возвращаться назад, извиниться, еще раз поговорить нормально. Я решила, что теперь буду держать себя под контролем. В конце концов Душа после смерти не должна поддаваться есстественным, для простого человека, эмоциям. По крайней мере, хотя бы подавить в себе все плохое. Вместе с таким решением вернулось наконец желание выспаться.
Ближе к вечеру этого же дня я вернулась домой. Аня сидела в гостинной перед телевизором, на ноге у нее красовался здоровый синяк с сеткой царапин, густо намазанный зеленкой - таки упала с велосипеда, красавица... Я не раз наблюдала за ее попытками оседлать двухколесного железного "коня", иногда даже поддерживала малышку и твердо за нее держала руль. И Аня, счастливая, что у нее все так просто выходит, с удвоенной энергией крутила педали. Медведь только ругался, когда видел мое жульничество.
- Ты оказываешь ей "медвежью услугу". Она так, с твоей помощью никогда нормально не научится ездить. А что, если тебя как нибудь не будет рядом?
- Значит рядом будешь ты. - легкомысленно отвечала я ему. А в итоге он оказался прав...
Придется заставить себя закрыть глаза на ее падения и не думать о плохом. В конце концов, ничего, набьет пару синяков, зато научится сама... - с такой мыслью я зашла в комнату Ани и застала шокирующую картину: Медведь спал на кровати, а рядом, свернувшись калачиком, дремал кот, мурча на всю комнату.
- Ничего себе... - пробормотала я себе тихонько под нос. Кот шевельнул ушами, а через секунду, приоткрыв глаз, протяжно зевнул и потянулся. Вдруг во взгляде кота я заметила замешательство, он как то с опаской повернулся в сторону Медведя и тут же шарахнулся свалившись с кровати. Следом, от шума проснулся Медведь.
- Что происходит? - сонно спросил он.
- Это я бы хотела у тебя спросить. Захожу сейчас и вижу тебя с котом в обнимку...
Он засмеялся оборвав мои слова.
- Это он сейчас так нашумел?
- Угу, и думается мне, что он был не меньше меня удивлен твоим соседством. Как только он это понял мгновенно сорвался... А что смешного?
Медведь, не прекращая, сонно, хрипло смеялся.
- После твоего внезапного ухода, я решил в очередной раз, в одиночку поломать голову над своей проблемой...
- Кстати, - перебила его я в свою очередь. - Я хотела бы извиниться за свой поступок и за свои слова. Вижу, ты в хорошем настроении, так что думаю ты меня простишь.
- Прощаю. - Я почувствовала, что он нетерпеливо кивнул, желая поскорее продолжить. - так вот... После твоего ухода, кот вернулся через какое то время. Огорчился, что ты исчезла, затем игнорируя меня он улегся на кровать, вместо своего излюбленного места на подоконнике, которое было занято мной, и постепенно задремал. А мне вдруг пришла в голову идея, что если люди часто засыпают под кошачье мурлыканье, то может с таким то паровозом рядом мне что нибудь даже приснится! И я, очень аккуратно лег рядом с ним и скоро уснул.
- Так тебе приснилось что нибудь? - подытожила я, - А то выйдет, что кот был обижен тобой напрасно.
Он опять засмеялся.
- Знаешь, вроде что то приснилось. Нет, Правда! Что-то такое мелькало, просто я не помню что... Может ты договоришься как нибудь с этим пушистым товарищем, чтобы он меня к себе подпускал?
- Сомневаюсь. - Я саркастически хмыкнула. - Но попробую. А пока, неси теперь коту вкусностей, чтобы он тебя простил. Мяса там, я не знаю...
- Будет сделанно! - Он даже не попытавшись спорить вылетел прочь из дома.
А кот все не вылазил из под кровати.
- Ко-о-о-т... А, кот? Давай выползай, партизан. Твой обидчик ушел.
Недовольная кошачья морда появилась из под кровати. Я села на кровать, а он прыгнул следом.
- Послушай, тут такое дело... Ты же знаешь, что Медведь мой друг. - Кот не смотрел на меня, уставившись в одну точку на стене. - Ему нужно помочь. Я прошу, чтобы ты позволил ему какое то время засыпать рядом с тобой. - Хвост животного начал нервно дергаться. - За это мы будем тебя вкусно кормить, и Медведь перестанет тебя дергать и говорить всякие глупости. Хорошо? - Хвост неопределенно покачался из стороны в сторону.
- Тебе нужно подумать? Ну хорошо, дело твое.
В комнату влетел Медведь, через форточку с пакетом в руках.
- Так, - начал он. - тут всякие "вискасы" пока. За моральный ущерб так сказать... В следующий раз чего нибудь еще принесу.
Кот лишь еще раз дернул хвостом и вышел вон, мимо Медведя. Тот проводил его взглядом.
- Это значит "нет"?
Я усмехнулась.
- Меньше надо было его подначивать.
- Значит "нет"... - протянул он разочарованно. Я прямо почувствовала, как сильно он в миг расстроился, и я решила его ободрить:
- Ладно, я шучу. Он обещал подумать. Возможно даст тебе испытательный срок, так что, будь паинькой.
- Буду! - он вмиг расцвел. - Спасибо тебе, Мари.
Если бы я могла, я бы покраснела.
- Значит заканчиваем ругаться?
- Заканчиваем. - кивнул он.
В этот момент вернулся кот. Судя по всему, после сна и стресса ему захотелось есть, а на кухне, насколько я помню, когда проходила мимо, ничего не было для него.
Он подошел к пакету с подношениями от Медведя, сел и с мольбой в глазах уставился на нас.
- Помогать будешь? - спросил Медведь открывая пакет с кошачьими вкусностями. Кот облизнулся, и принялся за первую порцию угощения. Наевшись, он сыто и довольно глянул на Медведя, мол, "ну что с тобой поделаешь, ладно. Только корми меня!".
- Вот и ладненько. - порадовалась я.
Надеюсь теперь все пойдет намного лучше.

Продолжение следует...

10 апреля 2010 года

Алисе будет очень интересно узнать Ваше мнение о прочитаном. Оставить его можно здесь